Ключевые тезисы:
- Истцы требовали от РФ 180 млн грн совокупной компенсации за разрушенное жилье и психотравмы.
- Выводы психолога подтвердили глубокое истощение и панические атаки, однако не стали прямым основанием для определения суммы.
- В суде отметили, что размер возмещения не может быть инструментом «необоснованного обогащения» и должен быть соразмерным.
Также интересно: Житомирский суд заставил управляющего кооперативом заплатить за затопление квартиры
Обстоятельства дела
Истцы обратились с иском к российскому правительству и требовали возмещения за пережитое: постоянные обстрелы, потерю дома, вынужденное перемещение. Свои страдания они оценили в 40 млн грн и 140 млн грн соответственно. В качестве доказательства предоставили выводы психолога, зафиксировавшие клинические проявления психотравмы – апатию и расстройства сна, которые не поддаются лечению медикаментами. В постановлении от 29 апреля 2026 года по делу № 755/296/25 Верховный Суд рассмотрел вопрос о критериях определения компенсации и пределах вмешательства кассационной инстанции в соответствующую оценку.
От 140 миллионов до 1,5 миллиона
Суды первой и апелляционной инстанций признали факт нанесения ущерба, однако существенно «урезали» запросы истцов. Вместо этого суд назначил выплаты в размере 1 млн и 1,5 млн грн. Представители истцов попытались обжаловать это в Верховном Суде. Судьи настаивают, что вывод психолога не может диктовать сумму компенсации.
На что ссылается суд
Верховный Суд разъяснил: хотя вывод психолога и является доказательством страданий, он не может автоматически определять сумму выплаты. Обязательство по компенсации морального вреда является «специфическим», поскольку страдания невозможно измерить никакой денежной шкалой. Сумма является лишь вероятным эквивалентом, а окончательное решение – это прерогатива судьи, который балансирует между характером преступления и принципом разумности.
По каким критериям судьи определяют сумму компенсации
Согласно постановлению ВС от 29 апреля 2026 года, при определении размера компенсации суд учитывает:
- глубину физических и душевных страданий;
- ухудшение способностей потерпевшего;
- степень вины агрессора (которая в случае РФ является общеизвестным фактом и не требует доказывания);
- недопустимость превращения компенсации в обогащение.
Вопрос ущерба регулируется украинским правом
Коллегия судей подчеркнула, что вопрос ущерба, нанесенного в Украине, регулируется исключительно украинским правом. Несмотря на то, что РФ игнорирует любую ответственность, подобные судебные решения фиксируют юридический долг государства-агрессора, что критически важно для будущих международных механизмов репараций.
Главным ориентиром остается судебный баланс – компенсация должна быть весомой, но не может быть необоснованно завышенной.
Читают сейчас:
