Ключевые тезисы:
- Реальная ценность старых вещей зависит не от легенд, а от подтверждённой истории, редкости и состояния.
- Большинство предметов из советского прошлого или массовых изданий стоят недорого, даже если кажутся «старинными».
Здравствуйте, уважаемые читатели «На пенсии». Каждый месяц я, Дмитрий Жогов, специалист по коллекционированию, просматриваю ваши письма и фотографии старых предметов, которые вы присылаете в нашу рубрику. И каждый раз это немного похоже на расследование: внимательно всматриваешься в детали и думаешь — а вдруг среди обычного найдётся что-то действительно ценное.
Вам будет интересно: Красная тряпка за 6 тысяч и кружка с лесоповала: что на самом деле стоит советское наследие
Когда «мусор» оказывается сокровищем
Вот история о старике-старьёвщике из Пекина. Он подбирал то, что другие выбрасывали. Надо сказать, что в Китае люди небогатые. Хорошую вещь, как в Европе, на улицу не выставляют. Однажды он принёс домой два старых деревянных стула с дырявыми сиденьями — дети ворчали, мол, снова притащил хлам. Они простояли в углу много лет, пока в 2011 году не понадобились деньги на жильё для внука. Тогда один знакомый посоветовал показать их специалистам — вдруг это не мусор? Сфотографировали, отправили — и оказалось: это мебель эпохи династии Мин, около 400 лет, из редкой «дворцовой» древесины. На аукционе эти забытые стулья ушли за 23 миллиона юаней — примерно три миллиона долларов. Вот так: стояли в углу как ненужные, а оказались на вес золота.
У нас в Украине, конечно, стульев династии Мин не найдёшь. Но наша земля хранит сокровища не хуже китайских. До сих пор ищут варяжское золото в подземельях Киево-Печерской лавры, клады Нестора Махно — а это, между прочим, захваченный махновцами эшелон, стоявший на станции Александрия. Он был загружен золотом, серебром и драгоценностями, которые атаман Григорьев в апреле 1919 года изъял в Одесском госбанке. Есть и тайники Богдана Хмельницкого между Суботовом и Чигирином, исчезнувшая библиотека Ярослава Мудрого и сокровища Мазепы. Что из этого подтверждено документально, а что остаётся на уровне легенд — до сих пор спорят историки. Но ясно одно: украинская земля умеет хранить такие сюрпризы, которые могут перевернуть чью-то судьбу.
Пушкин от 100 гривен — что покупают
Первое письмо пришло от Романа: «Увидел объявление, что вы интересуетесь антиквариатом. Если это так, то у меня есть книга Пушкина 1936 года».
Пушкин сейчас не в цене. Самое дорогое прижизненное издание «Кавказского пленника» 1822 года было продано в Украине за 117 тысяч. А фарфоровая чернильница «А. Пушкин за работой», созданная по модели скульптора Натальи Данько на Ленинградском фарфоровом заводе, — за 20 тысяч.
А вот издания Пушкина за 1937 год выше двух тысяч гривен не поднимались. Обычно же они стоят от 100 до 300 гривен.
Картина до 1500 евро — ценная находка
А это письмо пришло в «Вайбер» от Владимира Яковлевича:
«Хочу получить консультацию по поводу картины маслом на холсте. Картина неизвестного художника (можете определить фамилию?) куплена в 1945 году в Калининграде (Кёнигсберг). Приобретена с дачи Германа Герринга».
Уважаемый Владимир Яковлевич, у любого трофея, привезённого в конце сороковых из Германии, длинный шлейф историй. Ни один солдат не признается, что эти серебряные ложечки он просто забрал у какой-нибудь фрау. Минимум — захватил немецкий штаб. На этом стуле сидел фюрер и подписывал план «Барбаросса», а на этой кушетке Ева Браун отравилась цианистым калием.
Но ваша картина меня заинтересовала. Герман Герринг был поклонником французских и голландских старых мастеров. Из современного искусства он признавал только немецких художников. Работы импрессионистов и модернистов в Третьем рейхе считались «дегенеративным искусством».
Картина действительно напоминает по манере немецких пейзажистов дюссельдорфской школы, в частности Генриха Бёмера. Он любил изображать лесные ручьи и чащи. Однако подпись не совпадает с известными автографами художника, поэтому уверенно приписать работу ему нельзя.
Даже если это Бёмер, картина стоит немного. По европейским аукционам:
- 300–800 евро — небольшие пейзажи (как у вас, примерно 70–100 см);
- до 1500 евро — более крупные и эффектные полотна;
- 200–300 евро — слабые или без подписи.
Остаётся только легенда о Герринге. Вот если бы кто-то сфотографировался на даче в момент, когда брал эту картину, это действительно повысило бы её цену. Но как это доказать?
15 тысяч долларов за туалет Гитлера
Расскажу историю о сиденье от унитаза Гитлера.
Недавно его продали за 15 тысяч долларов. Как же установили подлинность?
Очень просто — его не нашли позже, а сняли прямо на месте, и это было задокументировано.
Рядовой военной полиции США Рагнвальд Борх одним из первых попал в альпийскую резиденцию Гитлера в Баварии. Когда союзники заняли объект, солдатам фактически разрешили забирать сувениры. Борх этим правом воспользовался.
Сначала взял пару картин и жилет времён Первой мировой. Потом зашёл в ванную — увидел унитаз и снял сиденье. Коллега, державший люстру, спросил: «Ты серьёзно это берёшь?» Борх ответил: «А где, по-вашему, он сидел?»
Сохранились фотографии Борха в резиденции, служебные записи, письмо его сына с историей вещи, упоминания в книге о захвате резиденции. Всё это десятилетиями хранилось в одной семье. Так и определяется подлинность: есть цепочка — кто взял, где и как вещь дошла до аукциона.
Но вернёмся к вашей картине. Я бы попробовал выставить её на украинский интернет-аукцион. Экспертиза может стоить примерно столько же, сколько сама картина. Главное — честно и интересно рассказать её историю. Иногда именно это и продаёт вещь.
Копеечная старая люстра за 1500 гривен
И последнее — даже не письмо. В редакцию принесли удивительную люстру из ракушек. Принёс её 90-летний моряк Пётр Зиновьевич. Спрашивает, есть ли у неё ценность. Говорит, купил в Индонезии в восьмидесятых во время рейса.
И тут меня накрыло. Потому что у меня тоже семья моряков. Я хорошо помню эти вещи: чучела рыбы-ежа с заклеенными шрамами, акульи челюсти, этот едва уловимый запах — рыба, клей, море. И ракушки. Из них делали шторы, светильники. Брали красивую ракушку, вставляли лампочку, прикручивали провод — иногда даже от утюга. Включаешь — и она светится мягким розовым светом.
Советские моряки покупали всё это за копейки. Это была дешёвая экзотика. Такие люстры продаются и сейчас. Одна — примерно за 5 тысяч гривен — и не продаётся. Другие по 1200–1500 — тоже без покупателей. На западных площадках это 10–50 долларов. Реальная цена — около 1000–1500 гривен, и то если повезёт.
Это не антиквариат. Это память. И покупают такие вещи только тогда, когда узнают в них своё детство.
Читайте также:
