Дед семи внуков воюет добровольцем

По словам командира, пенсионер, которого солдаты называют Батей, сейчас не уступает молодым при выполнении физических упражнений. А его боевому опыту обязаны жизнью многие бойцы добровольческого батальона, который воюет на Донбассе.

Домашние тапочки сменил на берцы

Ему вот-вот 63. В таком возрасте большинство пенсионеров уже давно переходит на «дачно-лавочную» жизнь: выращивают виноград, разводят пчел, балуя внучков медом, обсуждают политические новости в дворовой беседке. Но многие ли готовы сменить домашние тапочки на берцы и пойти с оружием в руках защищать свою родину?

– Не вижу никаких противоречий. Вы не поверите: я тоже опытный специалист по виноградарству и пчеловодству! В свое время даже рыбу выращивал в арендованном ставке. И вообще, мне легче сказать, чем я не занимался – был автозаправщиком, предпринимателем и даже пробовал свои силы в политике. Причем, большинство профессий пришлось освоить уже будучи на пенсии. У меня, извините, когда пятый ребенок родился – пенсии хватало только на молоко, — вспоминает самый старший боец батальона Батя.

С 1993 года, когда кадровый военный вышел в отставку, пришлось вживаться в мирную жизнь, применять свои навыки совсем в других ситуациях. В лихие 90-е взвалить на себя бремя рискового предпринимательства — было ничуть не легче, чем воевать. Но офицер, прошедший Афганистан, трудностей не боялся. И главные законы, действующие на войне, переносил в бизнес:

– Дисциплина и доверие, надежность и честность. За два года его службы в Афгане ни один солдат моего взвода не погиб. Поэтому сейчас в батальоне тоже стараюсь следить за дисциплиной: что ни говори, а перед парнями множество соблазнов. Они меня уважают и слушают.

А еще – берегут. Потому что многим парням, пошедшим добровольно на эту войну, он, действительно, заменяет отца.

Сыновья тоже военные. Но в России

А вот собственные дети Бати по-разному относятся к поступку своего отца. Два сына, которые живут в России, разделились во мнениях: один поддерживает решение защищать Родину, другой – фактически перестал общаться.

– Они у меня тоже кадровые военные, уже в отставке, старшему- 42 года. Еще лет 15 назад, мы с ними как-то разговорились о том, что военные бывшими не бывают. Я тогда сразу сказал: если на Украину нападут, обязательно буду ее защищать. Тогда даже не спорили, обсудили, посмеялись — кто бы мог подумать, что теперь мы, фактически, по разным сторонам даже не баррикад — окопов, – вздыхает Батя.

Записаться добровольцем пенсионер решил еще во время Крымских событий. Говорит, решил и своим детям, в том числе, таким образом дать возможность подумать. Обо всем, что сам Батя считает важным.

– Чтобы понять настоящее, нужно хорошо учить историю. У нас в крови совершенно сумасшедшее стремление к свободе. Я, например, родился в казацком селе на Днепропетровщине, где до сих пор есть улица Первой сотни, например. Я тоже – наследник казацкого рода (даже фамилия у Бати соответствующая — исконно казацкая. Правда, мы ее не называем по этическим соображениям. — прим. Авт.) Поэтому вопроса, идти или нет, у меня не было. Был – как стать полезным своей стране в такой ситуации, — говорит боец. 

Строить сложнее, чем воевать

Понятно, что возрастного бойца с опаской встретили в батальоне, куда он, купив себе камуфляж и мало-мальское снаряжение, явился в самом начале вооруженного конфликта. Но хорошая физическая подготовка, военный опыт и главное — огромное желание освободить родной Донбасс, где много лет прожил — взяли верх.

– Я стимулирую молодых для саморазвития. Представьте, бежим кросс в три или пять километров. Трудно, хочется остановиться. Но я – бегу, как же молодые могут сдаться?!- смеется боец-рекордсмен.

Батя, успешно пройдя подготовку, выдвинулся вместе с батальоном в зону АТО. Несмотря на то, что ему выдали оружие, и он даже купил очки (чтобы попадать в цели!), заниматься он предпочел бытовыми проблемами: без тылового обеспечения воевать трудно. Батя хлопотал о провизии, одежде, банях-постирушках в местах временной дислокации. Легла на него и самая страшная на войне функция – забота о телах погибших.

– Я бросил курить еще в Афгане. А тут несколько раз опять срывался. Приходилось хоронить молодых парней. Лучших сынов Украины. Что тут скажешь… Так не должно быть. Война, — уже отрывисто и скупо говорит Батя.

Сейчас он вообще сдал оружие: после того как батальон вошел в донбасский городок, где почти два десятка лет жил и работал Батя, он решил, что теперь война для него перешла в другую стадию. Сдал оружие и переоделся в гражданскую одежду. Батальон не бросил, но воевать теперь будет за души, сердца и умы земляков. И строить, что, по мнению Бати, гораздо важнее и сложнее, чем воевать.

– В городе столько беременных женщин, деток! Им нужно помочь построить другое будущее — гармоничное. Мне почему-то кажется, что оно должно быть обязательно связано с женщинами. Это мужики воюют, ссорятся, а женщины издавна в Украине брали на себя ответственность в самые трудные времена. И всегда свою созидающую энергию направляли на воссоздание гармоничного строя жизни, — философски рассуждает Батя, раскладывая по полочкам сменную одежду бойцов, которые сейчас прибегут после душа, а завтра, скорее всего, снова пойдут в бой.

Лидия Кващенко
Фото: bagnet.org