Пятница, 24 сентября, 2021
ГлавнаяДосугХодите чаще на «Привоз»: сделаете базар и посмеетесь

Ходите чаще на «Привоз»: сделаете базар и посмеетесь

Зачем ходить? Чтобы сделать базар и наулыбаться от души. Там вы увидите и услышите такое, что звезды юмора не придумают.

За это ручаюсь, ибо сам постоянно прохожу психоюморотерапию в этой неподражаемой и неиссякаемой кладовой искрометных шуток.

Хто шо имел у виду?

Неторопливо шествую по ступенькам подземного перехода, облюбованного нищими и молодым гитаристом с длинными волосами. На стене объявление: «Для Вас мадам разных вкусов и размеров. 50 м.» Два мужика в шортах  голубого цвета и желтых майках разгадывают этот рекламоребус: ну, прямо тебе, чуть ли не «казнить – помиловать». То ли какой-то мадам предлагают нечто неизвестное, то ли саму мадам презентуют для них – мужиков…

А в это время дородная дама в черном платье, с одышкой одолевая ступеньки, тщетно пытается дотянуться короткопалой рукой в перстнях до вспомогательного поручня. Она, обращаясь ко мне, в сердцах глаголет прокуренным голосом: «И зачем они делают на таких высоких?» Пожимаю плечами, мол, я тут ни при чем и ничем не могу помочь, а она: «Вы шо, себя имели у виду? Вы шо, делали эти поручни? Так я и поверила! У вас шо, мозгов нет, шоб так не догадаться…»

 

 

 

 

 

Каждый вечер мыть нога

Не дослушав монолог дамы в черном, я заспешил к «Чреву Одессы», и вскоре меня чуть ли не силой затянули в свой «контейнер» два напористых китайца. Черноглазая уроженка Поднебесной начала представлять и расхваливать товар. Да так умело, что я взялся за примерку кроссовок. А она, улыбчивая, молвила: «Эта абзатильно брать, дешево и палесна». И протянула мне бумажку, которую я до сих пор храню как шедевр рекламирования товаров широкого потребления, завозимых в Украину из-за «бугра». Привожу текст дословно, с особенностями его стилистики, орфографии и пунктуации: «Высокосортрые товары, Ароматная стелька. Эта стелька применит самый передовой изготовление лекарства по рецепту врача, обладает профилактической дерматофитозой нога, гниль ноги и т. д. Потребители должны разобрать, где марка. Наша марка называется «Лю Сян». Внимание: соблюдаю чистоту и санитарию своей обуви. Каждый вечер должны мыть нога и переменить носки…»

Когда я прочитал это бессмертное произведение, искренне рассмеялся, и китайцы вдруг тоже расхохотались.

– У меня, Бог миловал, плесени на ногах не бывает, – сказал я, поставил кроссовки на полку и ретировался, а китайцы сердито глядели мне вслед.

Филология с говядиной

Послав им прощальный взмах рукой, завернул в питейное заведение, откуда доносилась драйвовая музычка. Предложили пивко, водочку и шашлычок с дымком. Сами собой всплыли в памяти слова Жана Расина: «Таверна – это место, где безумие продают бутылками». А в привозовских торгточках еще и на разлив. Употребившие сверхнорму безумия два туриста в вышиванках с коротким рукавом, балдея от спиртного кайфа, пытаются что-то доказывать друг другу. Видимо, взойдя на экватор примирения, обнимаются. Слышу четко озвученное изречение: «Если в зеркало смотрится обезьяна, то из него не может выглянуть лик апостола. Мы выпимши и не можем выглядеть одесситам тверезыми. Блюдем етикет!»

Шустрый, быстроглазый узбек, устроившийся над притягивающими взгляд горками изюма, кураги, чернослива, пахлавы, всяческих орешков, бодро зазывает: «Падхады, народ, свой агарод, палавьина – сахар, палавьина – мьед!». Но мне надо в мясной павильон. Тут чувствуется четкая иерархия и продавцов – перекупщиков, и рубщиков – монополистов, и покупателей с толстыми и тощими кошельками. По устоявшейся привычке хочу узнать цену на говядину у продавца, которого увидел первым. Жду молча, пока старик-еврей пренебрежительно переворачивает куски говядины, а продавец выжидающе глядит на него. Наконец, покупатель изрек: «И за шо тощих коров режут, одни жилы, шоб они еще паслись». Продавец, придвинув к себе перелопаченное стариком мясо, на полукрике ответствовал: «Шоб вы таки знали, шо за тучными коровами следуют тощие, а за тощими полное отсутствие говядины». Мудрый еврей улыбнулся и произнес: «Я это давно знаю, уважаемый господин мясник. Еще студентом зачитывался Гейне». Продавец подтянул живот, оживился: «Так я тоже филфак окончил. А теперь вот – прощай поэзия!»  У филологов завязался дружеский разговор, а я отправился в путешествие по другим привозовским кварталам, чтобы насладиться монологами, диалогами, фразами, репликами, которым и цены-то нет.

Зачет бесплатно

Беседуют двое мужчин средних лет. «Васильич, у тебя такая клевая жена. Прямо прелесть!» – «Так возьми ее себе».

Возле магазина стройматериалов: «Не квартира – страх. Ремонт там делался никогда». В отделе радиотоваров молодая женщина в чем-то убеждает насупившегося юношу. Рядом стоящая пожилая дама дает совет: «Да оставь ты его, он же не умный, а просто начитанный». Уязвленный юноша резюмирует: «Я бы рекомендовал вам демонстрировать свой интеллект методом молчания».

Возле фруктовых прилавков – многолюдье. Средних лет вяловатый мужчина в белом элегантном костюме, явно приезжий, то и дело поправляя очки, рассматривает гроздь винограда. Хозяйка, симпатичная, под Ротару, предлагает: «Выбирай любой, какой хочешь». «Я, милая ты моя, теперь уже не всегда даже хочу, не то что могу», – отвечает мужчина. «Ну, тогда всем нам, бабам, полный кыдрык. Ты же ведь еще молодой!» – «А что означает твой «кыдрык?» – «А это то же, что кырдык, только наоборот», – отвечает, улыбаясь, молдаванка. – «Вот так объяснила, вошь твою в керосин!», – воскликнул белокостюмный «инфантильо», и его взгляд повеселел.

Постепенно мой блокнот пополнялся новыми привозовскими изречениями. «Слушай сюда и уйди из-под моих глаз!». «Не выматывай барыш и душу». «Зацепился за гуж – не забудь сбегать в душ». «Галя, ну, шо ты отстала?» – «Не перебивай, я в уме считаю». «Софа, шото где-то впало» – «Так подыми» – «За кого ты меня держишь. Я шо, знаю, шо там тебе такое» – «Не боись, не мина. В Одессе козлюг-терраристов – ноль».

С таким успокоительным утверждением я и отправился на трамвайную остановку у жэдэвокзала. В набитом под завязку салоне раздался звонкий голос кондукторши: «Девочки, прижимайтесь к мальчикам, а мальчики – к девочкам! Пенсионеры – революционеры, предъявляем корочки!»  Живой, подвижный старичок, показывая удостоверение, сказал: «У меня студенческий! На кладбищенскую сессию не спешу, весь в прогулах!» Все заулыбались, а кондукторша в тон старику изрекла: «Я имею вам поставить зачет бесплатно!»

Виктор Мамонтов

Фото Ирины Сорокиной /Объявление на «Привозе»

Ранее опубликовано: Одесский «Привоз»: легенды и клады главного рынка города

Новое на сайте