Споемте, друзья: «І на тім рушничкові оживе все знайоме до болю…»

Эта песня стала неофициальным гимном нашим матерям, сила любви которых хранит сыновей в самые тяжелые минуты жизни.

Слова «Пісні про рушник» написал поэт Андрей Малышко. Многие считают ее лучшей из всех, что были написаны на его стихи.

Впервые песня прозвучала в 1958 году, когда режиссер Алексей Мишурин приступил к съемкам музыкальной комедии «Годы молодые» с участием украинских актеров: Андрея Совы, Александра Хвыли, Людмилы Алфимовой и Николая Яковченко. Для фильма нужна была лирическая песня. Андрей Малышко написал стихотворение, а музыку — украинский композитор Платон Майборода. В 1959 году за музыку к фильму «Годы молодые» он получил первую премию на Всесоюзном кинофестивале в Киеве.

Первым исполнителем «Пісні про рушник» стал солист украинской эстрады Александр Таранец. Песня была переведена на 35 языков мира. В свой репертуар ее в разное время включали Квитка Цисык, Дмитрий Гнатюк, Ярослав Евдокимов, Рашид Бейбутов, Дмитрий Яремчук и многие другие исполнители  у нас и за рубежом. «Пісня про рушник» также звучит в театральном спектакле, созданном в память Квитки Цисык «Я — Квітка».

Песня связана с самыми дорогими воспоминаниями в жизни Андрея Малышко. Поэт верил, что в годы войны он выжил после тяжелейшего ранения именно благодаря рушнику, с которым мать провожала его на фронт.

Вообще с рушником в Украине связано очень многое — наши предки считали его оберегом, магическим талисманом, охраняющим и приносящим счастье. На рушнике подавали хлеб-соль, им покрывали иконы, повязывали молодым на свадьбе. А узор, вышитый в черном и красном цвете, символизировал печальные и радостные моменты жизни.

Пісня про рушник

Рідна мати моя, ти ночей не доспала,
Ти водила мене у поля край села,
І в дорогу далеку ти мене на зорі проводжала,
І рушник вишиваний на щастя дала.
І в дорогу далеку ти мене на зорі проводжала,
І рушник вишиваний на щастя, на долю дала.

Хай на ньому цвіте росяниста доріжка,
І зелені луги, й соловʼїні гаї,
І твоя незрадлива материнська ласкава усмішка,
І засмучені очі хороші твої.
І твоя незрадлива материнська ласкава усмішка,
І засмучені очі хороші, блакитні твої.

Я візьму той рушник, простелю, наче долю,
В тихім шелесті трав, в щебетанні дібров.
І на тім рушничкові оживе все знайоме до болю:
І дитинство, й розлука, і вірна любов.
І на тім рушничкові оживе все знайоме до болю:
І дитинство, й розлука, й твоя материнська любов.